gh СТВОЛОВЫЕ КЛЕТКИ: НАДЕЖДЫ И СТРАХИ

"То, что сейчас происходит со стволовыми клетками, - поделился мнением Вадим Сергеевич Репин, член-корреспондент РАМН, Некоммерческий институт регенеративных и клеточных технологий им. А.Я.Фриденштейна, - напоминает мне то, что происходило в генетике до того, как была открыта структура ДНК. Генетики уже давно имели представление о наследовании, но не известна была материальная основа гена. Так и сейчас, мы видим, как стволовые клетки себя ведут, но не знаем алгоритма их работы".

В нашем организме стволовые клетки работают постоянно. О количественой с тороне их работы поведал участникам кафе доктор биол. наук Анатолий Георгиевич Конопляников, руководитель отделения клеточной и экспериментальной лучевой терапии ГУ Медицинского радиологического научного центра РАМН. Оказывается. Если человек в среднем живет 70 лет и весит 70 кг, то в течение жизни в его организме образуется 14 тонн новых клеток. 4 кг в неделю (!) Две трети из них приходится на кишечный эпителий, 20% - на кроветворные клетки, а остальное - на обновляющиеся клетки в разных тканях.

И первый практический вопрос, на который ведущие попросили ответить ученых: для чего можно использовать стволовые клетки? Какие болезни ими можно лечить? Список болезней, которые якобы успешно лечатся клеточной терапией, опубликованный в интернете, поистине всеобъемлющий: от язвы до простатита. А как на самом деле? Рубен Карпович Чайлахян, генеральный директор Медицинского центра клеточных технологий, считает, что определенно можно говорить о лечении болезней крови и гематологических онкологических заболеваниях. Использование гемопоэтических стволовых клеток в этих случаях - это уже обычная процедура, соглашается Артур Александрович Исаев, директор ООО "Институт стволовых клеток человека". Все же остальные технологии нуждаются в проверке в культуре, затем на лабораторных животных, затем - в ходе тщательных клинических испытаний. Сообщения о том, что клеточной терапией можно вылечить рассеянный склероз или диабет, пока преждевременны. В лучшем случае такие технологии могут не вылечивать, а улучшать качество жизни больных, считает Сергей Львович Киселев, Институт общей генетики им. Н.И.Вавилова РАН.

В.С.Репин полагает, что перспективные мишени для клеточной терапии - это болезни, которые связаны именно с дефицитом стволовых клеток в той или иной ткани, например, системный остпеопороз.

По общему мнению, в нашей стране совершенно не разработана правовая база для развития клеточной терапии. Чрезвычайно трудно получить лицензию даже на забор и хранение стволовых клеток. А на лечение лицензии вообще не имеет никто. В результате, например, у нас выполнено всего семь трансплантаций пуповинной крови, в то время как это в настоящее время вообще не проблема. А в США благодаря клеточным технологиям онкологические больные после химиотерапии полностью восстанавливают иммунную систему.

Важнейший вопрос к специалистам был о рисках, которые несет использование стволовых клеток в медицине. Очевидно, оптимистичные утверждения, что никакого риска нет - не оправданы. Хотя бы даже потому, напоминает С.Л.Киселов, что есть гипотеза, связывающая возникновение любого рака в организме с покоящимися стволовыми клетками. А.А.Исаев перечисляет риски: канцерогенность, токсичность. аллергенность, а, возможно, даже, генетические нарушения. И все это нуждается в тщательной проверке.

В систему хранения стволовых клеток входят банки донорские (их в мире 75%) и персональные - для индивидуального хранения (их 25%). Процент использования клеток из банков пока невелик, но в будущем эта технология должна бурно развиваться.

Отвечая на вопросы, специалисты высоко оценили усилия Андрея Брюховецкого (клиника "Нейровита"), который пытается лечить стволовыми клетками больных с поражениями спинного мозга, в то же время, клеточная терапия инфаркта миокарда содержит еще много неясных вопросов. По поводу искусственного выращивания, а также лечения зубов ученые выразили оптимизм. А по поводу этических проблем использования эмбриональных стволовых клеток, высказали такое мнение: этические проблемы исчезнут, когда лечение станет успешным. Но для того, чтобы это произошло, надо сначала узнать все то, что мы пока не знаем.

***