gh ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ ВМЕСТЕ С ЕКА

Впрочем, первые контакты между ЕКА и "Интеркосмосом" начались в 1987 году, когда стали возникать предложения о сотрудничестве в области наук о космосе и жизни. В результате были проведены экспедиции "Фотон" и "Бион". Обмен письмами о возможности полетов европейцев на борту советской космической станции начался спустя два года, летом 1989-го, и уже в ноябре начались первые неофициальные переговоры. Наконец, в апреле 1990 года было заключено рамочное соглашение о сотрудничестве, в соответствии с которым в декабре этого года были созданы пять рабочих групп: по космической физике; по космической биологии и медицине; по фундаментальным исследованиям в области невесомости; по наблюдениям Земли и по пилотируемым транспортным системам.

Увы, СССР оставалось жить чуть больше полугода, поэтому почти сразу же выяснилось, что денег на совместные проекты нет, и их придется выполнять на коммерческой основе. Спустя два года эта идея была воплощена в соглашении, которое ЕКА заключило с Российским космическим агентством. Оно предусматривало полеты европейских космонавтов на станцию "Мир", использование оборудования ЕКА на станции "Мир-2", а также сотрудничество в деле создания пилотируемого транспортного корабля.

"В дни первой встречи в марте 1992 года в Москве было очень холодно, а жизнь в гостинице "Космос" в это время оказалась увлекательным приключением, - вспоминает Фрэнк Лонгхерст, который в то время возглавлял программу ЕКА по Междунардной космической станции. - Мы долго разговаривали со специалистами из НПО "Энергия", а потом решили упростить проблему с помощью финансирования в размере 49 тысяч долларов. Это максимальная сумма, которую в нашем агентстве можно выделить без сложных бюрократических процедур. Темой работы была выбрана техническая экспертиза ракетоносителя "Ариан-5", а также определение направлений совместной работы по станции "Мир-2". Организовать сотрудничество было очень непросто даже с технической стороны. Мы купили для НПО "Энергия" и компьютеры, и факс, и бумагу к нему. Однако этой бумаги в факсе почему-то никогда не было. У нас был единственный телефонный номер для решения оперативных вопросов, но на том конце, в России, была дама, которая не понимала по-английски. Неизвестно куда пропадали и электронные письма. В конце концов, эти сложности удалось преодолеть. Мы проводили огромное количество формальных и неформальных встреч и прямо в гостиничном номере готовили протоколы переговоров".

Тема "Ариана-5" довольно быстро была закончена: конструктивные недостатки ракеты были подтверждены, и специалисты РКК "Энергии" предложили использовать российские ракетоносители. А работа по станции "Мир-2" привела к идее создать на ней европейский отсек с внешним манипулятором и разработать совместными усилиями систему управления. Тут наступил 1993 году, когда американские специалисты решили модернизировать проект космической станции "Фридом". Одно из направлений такой модернизации состояло в отказе от запуска этой станции.

"Я узнал, что русские направили американцам свои предложения по изменению положения, - говорит Фрэнк Лонгхерст. - И стал просить коллег из НАСА поделиться этими предложениями. Что ты, это секретная информация - ответили мне они. Тогда пришлось запросить предложения у российских ученых, с которыми мы вместе работали по станции "Мир-2". Они все мне рассказали, и при очередном обсуждении я сильно удивил американцев своей информированностью. Потом канадцы попросили меня поделиться этой информацией. Как бы то ни было, но Россию пригласили в качестве полноценного партнера в программу создания МКС. Наверное, не случайно по внешнему виду эта станция напоминает "Мир-2"..."

С появлением проекта МКС, проект "Мир-2" свернули, однако работа по нему привела к трем дополнительным проектам, которые были успешно выполнены при сотрудничестве ЕКА и РКА. Это создание системы управления российским сегментом станции, роботизированой руки-манипулятора, который будет перемещаться по внешней поверхности российского сегмента станции, и европейского транспортного корабля "Жюль Верн". За разработку первого наши специалисты расплатились с европейцами стыковочным узлом для космического корабля. В июле 2000 года систему управления доставили на орбиту, и с тех пор не было ни одного отказа. "На космической станции невозможно пользоваться стандартными процессорами, их надежность недостаточно высока, - поясняет Владимир Сыромятников из НПО "Энергия". - На станцию привозят портативные компьютеры, и они отказывают по несколько раз за экспедицию". Работы по "Европейской руке" сейчас близки к завершению: летом 2003 года был защищен проект, и скоро ЕКА должно провести приемку летной модели, летного комплекта запасных частей и результатов подготовки операторов. Что же касается корабля "Жюль Верн", то все его модули находятся в Бремене и готовы к окончательной сборке. Емкость этого корабля примерно в три раза больше, чем у нашего "Прогресса". Он будет стыковаться к нашему сегменту станции и доставлять на нее оборудование и топливо. Впрочем, по мнению наших специалистов, эти корабли не конкурируют между собой - у них разные задачи.

***